Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Песни старого муромского леса

Есть у нас поселок Дубки. Стоит он у края большого леса, который доходит до самого города Мурома. Многое видел этот лес, многое помнит, и в его шуме можно услышать порой и невнятную чью-то речь, и обрывки давно звучавших песен.

Когда-то давно водились в этих глухих местах разбойники. И сейчас иногда замирает лес, словно от жуткого разбойничьего крика, хотя давно уж нет тех лихих людей на белом свете. А были ли у разбойников песни? Может, и были, да растворились они без следа в могучем шуме леса, словно и не было их вовсе.

Запомнил лес другие песни — радостные и красивые. Пели их косари на лесных полянах, по пути домой с покоса. Словно праздник бывал в лесу в пору сенокос — народу полно, везде шум, гам, веселье. Тяжёлая работа — сенокос, а радостная, без песен не обходилась.

И другие песни помнит старый лес — торжественные, протяжные и величавые. И не песни даже это были, а настоящее церковное пение. И пели тогда в лесу священники местных церквей. Было такое время — закрывали и разоряли православные храмы, забирали священников — первыми они безвинно пошли в тюрьмы и лагеря.

Вот в тех глухих местах за нынешним поселком Дубки арестованные священники и валили лес. Спросят у конвоиров разрешения попеть — им разрешат: лес ведь кругом. И пели священники, словно на службе в настоящем храме, и смолкал лес, внимая этому пению, и приходили послушать издали прощальную церковную службу жители окрестных сёл и деревень.

И сейчас в величавом шуме леса слышен порой тот многоголосый хор, те печальные и торжественные мелодии последней службы священников.

Многое помнит старый лес, многое может рассказать. И голоса минувшего до
сих пор звучат под его сводами. Надо только слушать и вспоминать.